В практике воинских искусств приемы самозащиты строились по принципу против восьми противников, образующих круг. Движение «на восемь сторон» определяло и перемещений бойца при исполнении комплексов формальных упражнений. Небо бесконечно, поэтому в геометрическом представлении оно мыслится как единая бесконечная линия — круг. Земля же конечна и ограничена в пространстве. Ее символ — квадрат. Небо воплощает силу Ян, Земля воплощает силу Инь. Геометрический символ человека — треугольник. Эти фигуры нетрудно обнаружить на древних и средневековых схемах строения мира в индуистской, даосской и буддийской системах космологии, в мантике и в магии. Согласно учению «Книги перемен», жизнь в широком смысле слова — это бесконечная череда метаморфоз, проистекающих из взаимодействия и борьбы Инь-Ян, сил света и тьмы, упругости и податливости, жары и холода. Каждая из возможных метаморфоз условно обозначается одним из магических знаков-символов гуа. Первоначально было создано восемь символов — гуа из трех черт (триграмм), прикрепленных к конкретным кругам понятий и получивших определенные названия. Триграммам соответствуют также специфические свойства и материальные образы. Любой жизненный процесс вписывается в предложенную схему триграмм на стадиях своего зарождения, бытия и исчезновения. Чаще всего триграммы в классической схеме располагаются по кругу, в центре которого — «монада» Инь—Ян, символизирующая развитие жизни. Те же триграммы служат в более развернутом толковании основой космологической структуры макро-и микромиров, ориентирами восьми сторон света и т. д. Со временем символы триграмм были удвоены и образовались 64 так называемые гексаграммы. Целые горизонтальные черты воплощали силу Ян, прерванные — силу Инь. Каждая гексаграмма может рассматриваться как сочетание двух триграмм, придающих своеобразие данной гексаграмме. При этом нижняя триграмма относится к внутренней жизни, наступающему, созидаемому (Ян), а верхняя — к внешнему миру, отступающему, разрушающемуся (Инь). Кроме того, гексаграмма, состоящая из трех пар черт, может трактоваться и как символ взаимодействия трех космических потенций—неба, земли и человека. От сочетания целых и прерванных линий в гексаграмме зависят ее особенности, а значит, и особенности соответствующей ситуации, движения, состояния, функционирования пяти первоэлементов: огня, воды, земли, дерева и металла. Такова общая идея, несущая понятие соотношения, резонанса Инь и Ян. В жизненной борьбе, как и в схватке с конкретным противником, будь то человек или зверь, побеждает лишь постигший закономерности Перемен, взаимодействия покоя и движения, сжатия и растяжения, наступления и отступления, жесткости и мягкости, силы и податливости. Как же трактовались принципы «И-цзина» в заветах древних мастеров воинских искусств? Исходным для всех даосских школ кэмпо положением можно считать следование правилу уравновешивания полюсов, компенсации активного действия пассивным противодействием и оптимального разрешения противоречий. В кэмпо каждое движение дополняется своей противоположностью: за поднятием руки следует опускание, за шагом вперед — шаг назад, за концентрацией энергии ци — излияние энергии, за окончанием одного действия или серии действий — начало другого действия или серии действий. Плавное перете-кание, непрерывная смена движений сравниваются со спокойным током равнинной реки, мощным и уверенным, преодолевающим все препятствия на пути. Движению корреспондирует одна из 64 гексаграмм, образующихся как бы при вращении внутреннего круга триграмм относительно внешнего. «Монада», олицетворяющая взаимопереходящую сущность Инь и Ян, служит одновременно символом Великого Предела (тайцзи), первоосновы перемен. «Природа, достигнув совершенства, возвращается к свойствам. Свойства в высшем пределе становятся тождественными первоначалу, тождественные первоначалу становятся пустыми, а пустые — великими»,— сказано у древних. В основе всего даосско-буддийского миропорядка заложена идея Пустоты, Небытия, в противоположность греко-латинской, а позже христианской модели мира как Бытия. Ее математический символ—ноль, пространственный — крут, умозрительный — пустота. Но это идеалистическое построение несет в себе странную потенцию. Если сумма и произведение всей тьмы вещей в мире равны нулю, то и каждая вещь в отдельности равна нулю, то есть мнима. Но если так, то Вселенная равна человеку, а человек равен Вселенной и может стяжать всю ее мощь — если сумеет найти правильный способ. Путь.. Итак, дело в поисках Пути... От этого постулата и отталкивается даосско-буддийское мышление в вопросе о месте человека во Вселенной. Бесконечная чреда превращений, круговорот Бытия в большом и малом следует своему естественному Пути—Дао (яп. До). В трактате «Хуайнань-цзы» (II в. до н. э.) приводится красочное описание' Дао (единого определения его в даосской традиции не существует): «Дао покрывает небо, поддерживает землю, развертывает четыре стороны света, раскрывает восемь пределов... Сжатое — способно расправляться, темное — способно быть светлым, слабое — способно быть сильным, мягкое—способно быть твердым... В природе все и без насилия согласно с Дао, и без уговоров проникнуто благом... На разум опирается и кончик осенней паутинки, и целостность всего огромного космоса. Благо Дао приводит в согласие небо и землю, в гармонию Инь и Ян, согласует пять первоэлементов...»
Стихии (по мотивам настенной росписи монастыря Цяньфодун. VII—VIII вв.) в даосском мировоззрении символизирует мировую гармонию и внутреннее равновесие. Соответственно, достигнув внутреннего равновесия, можно приобщиться к мировой гармонии, а для этого необходимо овладеть разлитой в теле энергией ци, научиться управлять ею, изливать ее и впитывать из космического океана. Кроме того, нужно очистить «замутненный» дух (шэнь), чтобы добиться состояния просветленности. Но просветленный дух и очищенная энергия должны обретаться в достойном вместилище, а потому следует всячески заботиться о своем теле, оберегать его и развивать, дабы получить гармоничное Целое — слияние физического и духовного, рационального и сверхрационального. Способом постижения Дао и обретения целостности для мастера кэмпо было сознание Закона всеобщего соответствия, нормой жизни — адаптация к природе, обществу, стихиям. Правильное понимание Дао и воплощение в жизнь Пути именуется в даосской философии дэ, В знаменитом трактате Лао-цзы (VI — V вв. до н. э.) «Даодэ-цзин» («О Дао и его манифестации») обладание дэ приравнивается к достижению состояния полной естественности, единства с природой: «Кто содержит в себе совершенное дэ, тот похож на новорожденного. Ядовитые насекомые и змеи его не ужалят, свирепые звери его не схватят, хищные птицы его не заклюют... Он совершенно гармоничен». Состояние естественности {цзыжань — яп. сидзэн), естественной расслабленности (фансун) считается в даосской натурфилософии залогом правильной циркуляции энергии в теле и гармонии с природой. Потому и кэмпо в качестве исходной установки для бойца определяет освобождение от оков рационального мировосприятия, пустого умствования. Обоснование этому требованию мы находим у Чжуан-цзы (ГУ — III вв. до н. э.): «Ведь пьяный при падении с повозки, даже очень резком, не разобьется до смерти. Кости и сочленения у него такие же, как и у других людей, а повреждения иные, ибо душа у него целостная. Сел в повозку неосознанно и упал неосознанно. Думы о жизни и смерти, удивление и страх не нашли место в его груди, поэтому, сталкиваясь с предметом, он не сжимался от страха. Если человек обретает подобную целостность от вина, то какую же целостность должен он обрести от природы. Мудрый человек сливается с природой, поэтому ничто не может ему повредить». Даосы воспринимали мир в его единстве, стараясь избегать столь характерной для западного мышления дуальности, деления на хорошее и плохое, красивое и уродливое. Ведь начала Инь не может быть без начала Ян, Света—без Тьмы. Вечное Движение в космическом вихре пяти стихий — основа основ даосского учения о мироздании, о времени и пространстве, о человеке и его месте во Вселенной.